Откровенный разговор с легендой отечественного сквоша о перспективах и проблемах развития вида спорта в России.
– Дмитрий Николаевич, вы долго жили и работали на родине российского сквоша, в Красноярске, но сейчас вы уже несколько лет москвич. Наверняка замечаете какие-то отличия в развитии сквоша и подходе к спорту в целом в столице и регионе?
– Отличия небольшие, но они есть. Очевидно, что в регионах в целом меньше людей, меньше тренеров, меньше клубов. А также меньше возможностей выезжать куда-то, поскольку выезды из регионов сложнее и дороже, чем из Москвы. Но каких-то глобальных различий, пожалуй, нет. В процентном соотношении людей, знающих о сквоше и, напротив, удивляющихся слову «сквош», примерно одинаково везде. С одной стороны, всё похоже, но логистика и дороговизна передвижения по стране и, тем более, за границу, вносят свои нюансы в развитие сквоша в регионах.
– С вашей родины регулярно поступают достаточно громкие новости. То открывается клуб на 7 кортов, чему могут позавидовать многие регионы, то красноярцы играют в Китае… Что нужно сделать, чтобы такие крутые вещи творились по всей России?
– В Красноярске клуб на 7 кортов тоже возник только спустя 25 лет – как видите, его ждали достаточно долго. Но почему регион проявляет такую активность в сквоше? Наверное, дело в людях. Они активны, вовлечены в процесс. Если бы не Алексей Солдатов, то лет 7 назад, когда я уехал из Красноярска, всё, наверное, завяло бы и самотёком превратилось в ничто. Там даже один из кортов для сквоша в «Теннис Холле» собирались отдавать под единоборства, на нём даже стелили татами! Но Алексей взял всё в свои руки, организовал федерацию, взялся за определённых ребят, стал вкладывать в них свои силы и средства. И сквош в регионе вернулся на приличный уровень, стал создавать предложения для сборной страны.
– Когда речь идёт о развитии какого-либо вида спорта в регионе, часто приходится слышать о гене. Футбольный ген, хоккейный ген и т.д. — где-то они есть, где-то их нет. В Красноярске есть этакий ген сквоша? И где он ещё в нашей стране может в ближайшем будущем зародиться?
– Какого-то гена сквоша в Красноярске, наверное, нет. Думаю, что талантливые люди есть в разных регионах. Просто на данный момент не во всех и даже не во многих из них были те люди, которые занялись поисками этих талантов. Вот вам интересный опыт Нижнего Новгорода, который смог привлечь значительное количество молодых людей, которые с детского возраста идут в сквош. Их там очень много, и есть возможно создать хорошую воронку, выбрать из них наиболее талантливых и заниматься ими. Но это, скажем, единичный пример. Вот в Нижнем ген сквоша, наверное, присутствует в большей степени, чем в Красноярске. Но, как и везде, в этом вопросе тоже всё очень сильно зависит от людей на местах. То есть того внимания, которое они готовы уделить, того времени и тех средств, которые они на это готовы положить. И тут, наверное, иначе никак. То есть просто предрасположенность того или иного региона к сквошу – это, наверное, утопия.
– Вы главный ветеран сквоша в России. В последние годы чаще играете со сверстниками или с молодёжью? Как оцените динамику развития последней – подрастающее поколение матереет?
– Ветеранский спорт – дело, конечно, непростое. Скажем прямо, у нас есть неопределённость с основной сборной, и это, мягко говоря, не способствует развитию ветеранского или студенческого сквоша. Но у меня есть мечта – поехать на ветеранский чемпионат мира, поучаствовать в своей возрастной категории, посмотреть вообще, на каком уровне играют ветераны из других стран. То есть мне вот это интересно, конечно. Но, к сожалению, практически на всех наших коммерческих турнирах закрыли категорию «Мастерс». Ну, опять же, по понятным причинам, разобраться бы пока с основными направлениями, не то что с ветеранами.
Что касается юниоров, то это, конечно, как раз одно из основных направлений. Это всё-таки люди, которые рано или поздно попадут в главную сборную страны или будут претендовать на это. Я, честно говоря, стараюсь уже не проводить официальные матчи с молодыми ребятами. Наверное, даже в какой-то степени это связано с тем, что не хочется получить, как говорится, от 14-15-летнего молодого человека. Некоторое уже самолюбие играет, и немножко некомфортно я себя чувствую в таком состоянии. Но, где могу, там играю товарищеские матчи с молодыми ребятами и очень радуюсь, когда они могут меня победить. Замечательно. Но, конечно, в официальном порядке стараюсь этого избегать. Со сверстниками, конечно, играю. Вот в том числе и заезд в Китай был, как раз играл в категории «Мастерс». Да, достаточно легкий проход получился, легкий турнир. Но в целом сейчас уже и настроен больше на такой формат – туризм плюс немножко спорта. В мои годы это несколько ближе, чем сугубо спортивный подход. Но, если всё-таки получится поучаствовать в ветеранском чемпионате мира, то, конечно, буду готовиться. Правда, сложно это представить, поскольку следующий ветеранский ЧМ в Австралии – точка для путешествия достаточно сложная. Но посмотрим, всё может быть.
– Вообще порой со стороны кажется, что в российском сквоше уровень есть только у ветеранов, вроде вас, и молодёжи. Что со спортсменами среднего возраста – 25-30 лет?
– Согласен, есть такое ощущение, что у нас что-то могут из себя представлять на данный момент только юниоры и ветераны. Причём я бы даже отметил возрастной диапазон не 25-30, а 20-30 лет. В нём у нас большой провал. Прежде всего, это возраст, когда у человека сначала студенческая пора, потом он занимается организацией семьи и так далее. Ответ, пожалуй, простой. На протяжении всего того времени, которое я занимаюсь сквошем, по-настоящему профессиональных спортсменов встречал единицы. Например, более-менее профессиональный подход был у Владислава Титова. Все остальные так или иначе сочетали и сочетают занятия сквошем с какой-либо ещё деятельностью. Тренерской, коммерческой и т.д. В том числе и я. Для меня это всегда было отличное хобби, но вдруг почему-то так получилось, что на российском уровне у меня получилось неплохо играть. Проблема как раз в том, что нет профессионального подхода, нет профессиональных спортсменов. Из-за этого зона 20-30 лет достаточно пустая. Как бы это грустно ни звучало, сейчас основной профессией игра в сквош у нас не воспринимается, наверное, никем. Даже в сборной страны для многих это не основная деятельность. Это не то, что может помочь, не то, что, как говорится, позволяет человеку зарабатывать на хлеб. Юниоры, пока они учатся в школе, имеют возможность кататься, тренироваться, уделять много времени тренировкам. Они этим пользуются и могут на достаточно серьезном уровне подходить к занятиям сквошем. Ветераны, если когда-то они плотно занимались и играли, могут еще что-то делать примерно на то же уровне. А вот как раз уровень вот этих высоких достижений нам пока недоступен, потому что никто не воспринимает сквош как профессию. Надеюсь, в ближайшие годы удастся это исправить.
– Про командный чемпионат мира-2013 вы рассказывали так: «мы поехали поглазеть на профи и пофотографироваться с ними». Можно ли сказать, что сейчас российский сквош способен претендовать чуть на большее?
– Конечно, мы ехали смотреть, глазеть, потому что какие-то ребята, иногда занимающиеся сквошем, поехали и столкнулись, например, с Рами Ашуром и другими лидерами своих сборных. То есть мы видели их вживую! Камерон Пилли, Грегори Готье – ну настоящие звёзды того времени! О чем ещё мы могли думать, кроме как посмотреть на них да немножко окунуться во всё это? Такой подход и был, я никак не меняю своего отношения к той поездке. Восприятие осталось тем же. И глобально пока ещё для нас ничего не изменилось, потому что, как я и говорил, нет профессионального подхода к сквошу. Есть какие-то зачатки, но, как вы видите, нигде нет ни одного спортсмена, который только этим и живёт. Чтобы человек только и делал, что курсировал между соревнованиями, жил за счёт призовых или спонсорских денег, только и делал, что тренировался да выступал. Соответственно, претендовать на какие-то высокие достижения мы пока не можем. Мы ещё в начале пути, когда сквош становится нормально организованным процессом, полноценным видом спорта, а не просто чьим-то хобби.
– Тем не менее, кто-то из наших ребят способен заявить о себе на высоком уровне в ближайшие годы?
– Безусловно, у нас есть молодые талантливые ребята. Матвей Ячменьков, Максим Тыщенко, Алексей Маслов, Макар Есин, Миша Скурихин. Но говорить о каком-то серьёзном мировом или европейском уровне довольно сложно. К примеру, Алексей Маслов, сейчас в российском сквоше стабильно на лидирующих позициях или рядом с ними. Но у него и других скоро начинается учёба. И становится вопрос в том, что они выберут – профессиональный спорт или жизнь обычного человека. К слову, я знаю далеко не всех ребят из Нижнего Новгорода. Может, там уже есть будущий лидер нашей сборной и Топ-10 мирового рейтинга?
– Когда смотришь на игры звёзд сквоша вроде Асала или Элиаса, задаёшься вопросом: «черт возьми, сколько часов в день они тренируются?!». Владеете информацией о подходах к тренировкам за рубежом?
– Скажем так, поверхностная информация есть. Тот же Диего Элиас вообще приезжал в Москву несколько лет назад, мы общались. Конечно, это тренировки два раза в день с одним, наверное, выходным в неделю, и бесконечными выступлениями на турнирах разного рода. С чётко выстроенным календарём, расписанными тренировками по ОФП и т.д. На самом деле, здесь нет никаких секретов, сюрпризов. Всё то же самое, что делают наши профессиональные спортсмены в других видах спорта. Ещё раз говорю: люди, на которых мы смотрим с открытыми ртами как на звёзд, отличаются в первую очередь тем, что они действительно профессионалы сквоша, которые занимаются только этим. Другого рецепта успеха нет. Только кропотливая работа. А если найдётся ещё чуть-чуть таланта, то будет вообще шикарно.
– Какую главную задачу ставите перед собой в сквоше на ближайшие, скажем, 5 лет? Что должно случиться, чтобы вы сказали «вот теперь я доволен результатом своей работы»?
– Основным для меня показателем стало бы открытие отделений сквоша в детско-юношеских спортивных школах. Чтобы люди именно с профессиональным подходом занимались с ребятами, чтобы для спортсменов это было бесплатно. И если уж даст Бог, что я буду каким-то боком к этому иметь отношение, буду рад. По сути, это единственный путь к достижению каких-то серьезных результатов. Почему я сейчас и поддержал курс нашей федерации: есть работа по развитию региональных отделений. Ну не бывает так, что только в Москве и Санкт-Петербурге у нас можно воспитать человека. Человека серьезного, с серьезными достижениями в спорте. Таланты есть везде, просто их надо найти. Этот курс мне близок и понятен. Я долгое время жил в Красноясрке и видел людей, которые то же самое делали в вольной борьбе. Красноярск всегда был поставщиком вольников в сборную страны, чемпионов мира и Европы. Причём как в мужской, так и в женской борьбе. Друг моего отца был тренером женской сборной. И я прекрасно видел, как он ездил по деревням и собирал этих талантливых девчонок. Они становились частью его семьи, потому что были с ним постоянно, были у него дома, он там их кормил и поил, полностью погружался в их проблемы. Сейчас этот человек директор ДЮСШ в Красноярске, и я вижу, что он придерживается всё того же подхода. Если и мы сможем выйти на этот путь и наладить селекцию в нашем виде спорта, то есть все шансы на успех. Но путь этот, как понимаете, будет небыстрым.
